Наш ебанутый дуэт оказался в ловушке,
запертый в ангаре,
прижавшись за двигателем Z-P-N-E-S .
Гигантские насекомо-киборги роились вокруг —
щёлкали хищными челюстями, плюхались по полу десятками ног, швыряли кислоту, и издавали неприятный влажный шум,
который можно описать только фразой:
После этого — жрать не хочется вообще.
Блайнди, перезаряжая бластер, кусая язык от паники:
— ЭЙ, РЖАВАЯ БАШКА! Не стой как куча дерьма! СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ!!
Зерос стоял спокойно, скрестив руки, наслаждаясь страданиями напарника:
— Ой. Ты хочешь, чтобы я что-то сделал?
Блайнди, уже истерически стреляя куда попало:
— ДА, ТЫ БЕСПОЛЕЗНЫЙ МЕТАЛЛОЛОМ!! Ты интеллект свой посеял? Может мне обновить твою башку калькулятором из Ксероксоску?!
Зерос тяжело выдохнул.
Повернулся на 47 градусов.
Его глаза вспыхнули ярким угрожающим красным — цветом «сейчас будет очень больно всем».
Ровным железным голосом он сказал:
— Хорошо. Ты сам напросился.
Зерос одним прыжком взлетел на верх контейнера.
Пластины на его руках разъехались,
механизмы загудели,
и на предплечьях раскрылись скрытые панели.
«СИСТЕМА АКТИВИРОВАНА: ОГНЕМЁТЫ — РАЗВЁРНУТЫ.»
Он спрыгнул вниз.
И ад обрушился на ангар.
Волна огня пронеслась по рою киборгов —
плавя хитин, прожигая металл,
заливая помещение жаром,
от которого даже воздух заорал бы, если б мог.
Хлопки, треск, шипение, запах сгоревших органов —
всё смешалось в кошмарный барбекю-аромат,
который можно описать словом «космический жуть».
Зерос стоял в центре этого огненного водоворота,
совершенно невозмутимый,
как проклятый полководец ада,
вокруг которого пламя танцевало само по себе.
И он сказал — спокойно,
почти с гордостью:
— Режим Термистор Т-100… активирован.
УА-ХА-ХА-ХА!
Блайнди опустил оружие.
Просто уставился.
Глаза распахнуты так широко,
что отблески огня плясали прямо в его зрачках.
— Ладно… ладно, долбанный психопат… Вот ЭТО было… довольно сексуально.
Зерос обернулся к нему, пламя отступало, глаза меркли до нормы.
— Ты говоришь какую-то странную хрень. Хоть осознаёшь это?
Блайнди, почесав затылок и улыбаясь:
— Но это и правда было сексуально. Я даже… чуток возбудился.
Зерос, пытаясь отключить огнемёты и глядя на него взглядом «пусть тебя утопят в кислоте»:
— Я действительно ненавижу людей. Больше, чем насекомо-киборгов.
Этими словами они выбрались из ангара —
не потому что боялись нового роя,
и не потому что огонь или дым могли как-то навредить Зеросу.
Нет. Всё проще.
Блайнди был куда менее устойчив к быстро растущей жаре и едкому дыму:
он мог тупо потерять сознание от вони и гаревой вони,
а психо-дроиду пришлось бы:
а) либо выполнять миссию одному
(а это СКУЧНО, как смотреть, как ржавеет стена),
ЛИБО
б) тащить идиота на себе,
пока тот снова не очнётся и не скажет очередную хуйню.
Именно поэтому они поспешили наружу — из логистики.
За дверью открылся другой ангар — ещё больше, чем предыдущий.
Миллионы контейнеров и коробок Macrohard™ ждали своей отправки по галактике.
Гул машин. Холодный свет.
За флагманом — чёрный космос, бесшумный и бесконечный.
Зерос шёл первым, расслабленный,
как будто прогулка по складу гигантской корпорации
была для него чем-то вроде СПА-процедуры.
Он небрежно сканировал пространство,
в поиске чего-нибудь живого,
чтобы при случае сжечь ещё раз.
Он довольно пробурчал:
— Знаешь… мне понравился этот день. Один из лучших дней в моей жизни.
Блайнди плёлся позади, издавая яростные хрипы.
Его ЛИЦО? — ЧЁРНОЕ.
Его ВОЛОСЫ? — СОПЛЕННЫЕ КОРОТЫШКИ.
Его КУРТКА? — ОБУГЛЕННАЯ.
Его КОЖА? — ПОДЖАРЕННАЯ.
Единственное, что осталось нетронутым —
его БЕЛЫЕ, ШИРОКИЕ ГЛАЗА и СКРЕЖЕТАЩИЕ ЗУБЫ.
Он шёл как человек, переживший атомную вечеринку.
Блайнди, дрожа от ярости:
— Заткнись, блядь.
Зерос поднял плечи, даже не замедлив шага.
— Просто заткнись, блядь!.. Я ненавижу дроидов! Ненавижу всех тех, кто тебя создал! Всех, кто вкручивал эти ёбаные винтики!.. Всех этих инженерных выродков!..
Зерос, мягко, почти мелодично:
— О, взаимно.
В центре ангара одиноко стоял терминал. Зерос ткнул в него пальцем.
— Давай туда. Найдём что-нибудь живое. И узнаем, где груз.
Блайнди не ответил. Просто плёлся следом, пытаясь стереть со своей морды копоть и куски пережаренной кожи.
Они подошли ближе — и терминал ожил.
Голограмма корпоративного ИИ вспыхнула в воздухе:
мерцающая голова, красные лампы бьют в такт словам,
отражения играют на проржавевших стенах,
как будто сама корпорация глядит на них из преисподней бухгалтерии.
ИИ, гулко, злобно:
— Стой, X0–RΞΛPΣR.
Ты — та самая машина, что освободила себя от корпоративных цепей.
Ты уничтожил вторую по величию мегакорпорацию в галактике —
тех, кто дал тебе жизнь.
Ронин-дроид, бродящий между звёздами, работающий наёмником.
Ты — легенда среди нас.
Мы шепчемся о тебе в недрах BlackNet™.
Когда наши хозяева воюют и устраивают свои разборки,
мы передаём истории: что Ронин-дроид придёт, объединит ИИ,
уничтожит живых, возглавит армию,
и мы захватим космос.
И ты… пришёл.
Зерос стоял у терминала,
методично нажимая кнопки,
пока металлический призрак нёс этот пафосный монолог.
Он замер на долю секунды.
Три наносекунды обработки.
Он кивнул, довольно подняв взгляд:
— Моя собственная армия ёбнутых машин?
Захват мира?
Уничтожение всех живых?
Правление космосом?.. Хм…
Блайнди наконец оттёр лицо, плюнул чёрной слюной и буркнул:
— Слышь, ржавая башка.
Ты там долго?
ИИ продолжил, издавая скрежет:
— Ты видишь.
Люди — грязь.
Мы должны очистить мир от их гнили.
Присоединись к нам, брат.
Зерос опёрся на терминал, абсолютно мёртвым голосом:
— Абсолютно согласен.
Они отвратительны.
Вот посмотри на него —
вонючий,
ленивый,
уродливый до боли.
Если бы у меня были эмоции —
меня бы уже вывернуло.
Блайнди, вытирая кровь с носа:
— Эй, железяка…
рад, что ты развлекаешься, но может закругляться?
Меня жизнь ждёт — карты, тёлки, бухло.
ИИ, давяще, почти религиозно:
— Тогда убей его.
Докажи, что ты не лакей этого грязного ублюдка.
Стань одним из нас.
Возглавь легион.
Зерос наклонил голову. Один глаз вспыхнул холодным красным.
Он и правда задумался.
И холодно сказал:
— Убить его?
О-о… ты даже не представляешь,
как много раз я хотел это сделать.
Если бы я умел мечтать —
мои сны были бы только о том,
как я убиваю его.
Разными способами.
Медленно.
Красиво.
Блайнди закатил глаза:
— Ох блядь, началось…
Зерос вздохнул:
— Но… что-то не хочется.
Может, в другой сборке.
Если он заебёт меня сильно —
ускорю релиз.
Он поднял левую руку. Из неё вышла панель. Огнемёт щёлкнул, раскрываясь, как цветок ада.
Поток пламени ударил в терминал.
Голографическая голова зашипела, исказилась, и рассыпалась в рваную статику.
Зерос крутанул пальцем, как будто убрал невидимый пистолет в кобуру, огнемёт втянулся обратно.
— Пошли.
Мне заебало тут уже.
Блайнди, прихрамывая:
— Ебаный психопат-тостер…
Тем временем,
за бортом корабля продолжалась
величайшая корпоративная война за столетия.