Как вы уже догадались,
наш дуэт героев выбрался из той же анальной дыры флагмана,
через которую и вошёл.
Фрегат MacroHard™ догорал — не от старости,
не от технического сбоя,
а от тех самых пожаров и пробоин,
которые устроил ебанутый дроид X0–RΞΛPΣR,
когда прошёлся по внутренностям станции,
как по детскому конструктору.
Много-триллионная космическая станция MacroHard Office™,
главная гордость корпорации, центр их власти, политики
и бессмысленных отчётов формата .xlsx,
плавно и величественно проваливалась в атмосферу Quince Park™,
теряя триллионы си-баксов стоимости каждую секунду
и рассыпаясь в космическую стружку.
Если бы маркетинговый отдел MacroHard™ видел это в прямом эфире,
у них бы одновременно зависли глаза, дыхание
и вся их поганая корпоративная презентация
на 300 слайдов.
Но радоваться было рано.
Эскадрилья охранников заметила, что маме-корпорации пиздец,
и двадцать четыре ебанутых киборга-пилота
решили выместить на Z-P-N-E-S все свои детские травмы.
Пять крыльев — четыре по бокам, одно снизу—
строем мчались за нашим ржавым ведром,
уже открывая огонь.
Корпус Z-P-N-E-S дрожал,
сигнализации выли,
панели мерцали,
пол вибрировал так,
будто корабль собирался пукнуть напоследок.
Блайнди метался у пульта и визжал бессмысленные маты,
в то время как Зерос сидел недвижимо,
глаза бегали по механическим приборам как по древним рунам судьбы.
И вдруг, спокойно, ровно:
— Дроссель на ноль.
Блайнди захлебнулся собственной паникой:
— ЧТО?! Если мы замедлимся, мы СДОХНЕМ!
Маделен, пристёгнутая к дивану между креслами,
даже не повысила голос. Она просто устало произнесла:
— Болван. Ты не так понимаешь железного придурка. Мы не замедлимся. Мы же, блядь, в космосе.
Зерос бросил на неё короткий взгляд. Кивнул:
— Как приятно увидеть в этом ржавом корыте человека, у которого голова работает хотя бы лучше таракана.
Блайнди замотал головой, как заевший вентилятор:
— Ч-что вы несёте?!
Зерос решил, что сейчас вдохновлять тупые мозги безопаснее, чем дать им сгореть:
— Поясняю, бестолочь: мы переопределяем переднюю часть корабля. Твоя турель же всё равно двенадцать лет не вращается —
только вперёд стреляет. Так что… дай мне, блядь, управление.
И молча смотри.
Он протянул руку через консоль, щёлкнул три защищённых тумблера, заглушил перегруженные двигатели.
Наступила мёртвая тишина. Все датчики погасли.
Z-P-N-E-S дрейфовал по инерции, не теряя скорости.
А вот преследователи — наоборот, стремительно приближались.
Блайнди заорал, как шинок при чистке:
— НАМ ПИЗДЕЦ!
Зерос отстегнул ремни и протянулся к старому штурвалу,
который Блайнди считал «декорацией времён динозавров».
— Инерция. Основной принцип. Приготовься.
Он вцепился в рычаг
и выставил левую педаль до звона металла.
Корабль ЗАСТОНАЛ,
металл скрипел,
болты молились о смерти,
а Z-P-N-E-S провернуло на 180 градусов —
в абсолютной тишине.
Теперь корабль дрейфовал задом наперёд,
носом прямо в морду преследующих кибер-ублюдков.
Наводчики киборгов охуели.
Их компьютеры охуели.
Блайнди охуел третий раз подряд,
и снова истерически завизжал.
Зерос подполз к задней стрелковой консоли —
той самой, что «не работает с 3129 года».
Он включил ручной режим.
— Цели зафиксированы.
Система управления огнём онлайн.
Блайнди, в ужасе:
— КАК она онлайн?! Она НИКОГДА не работает!
Зерос, щёлкая по чему-то пыльному:
— Она работает, когда ЕЁ использую я.
И он открыл огонь.
Очередь кинетических снарядов,
которые обычно попадали только в космический мусор,
на этот раз
вышли идеально ровно, как по линейке.
ПЮ! ПЮ! — ТШВИ! — ВРРРММ!
Каждый выстрел —ВЖЖЖ!— в цель.
Каждый корабль — БУУМ! — в огненный всполох.
Каждый киборг —АААА! — в металлолом.
Блайнди уронил челюсть.
На этот раз она ударилась ему в грудь.
Зерос вернулся на своё место, сел и, не церемонясь, запустил двигатель.
Z-P-N-E-S закашлялся, загремел, задрожал всем своим уставшим металлом…
а затем снова рванул вперёд, как будто ничего необычного не происходило.
Блайнди наконец выдохнул.
Он смотрел на Зероса так, будто впервые понял, что тот не просто жестянка.
— Чёрт возьми… Я — я не знал, что моя малышка ТАК умеет.
Зерос не поворачивался.
— Я могу перечислить квинтиллионы вещей, которых ты не знаешь.
Это, кстати, называется Зет-физика.
Смесь космического форсажа, токийского дрифта
и ебаной Эйнштейновой физики одновременно.
Блайнди глупо улыбнулся, восхищённо и туповато сразу.
— Ну… такая физика чертовски сексуальна.
Зерос вздохнул —
глубоко, металлически,
и этот выдох прокатился по всему кокпиту,
будто сам корабль от стыда хотел бы покинуть эту вселенную.